The Best Japan Forum
Салют всем прожигателям Инет - жизни! Вас приветствует молодой, набирающий обороты форум!Здесь вы найдете море интересной информации, забавные видео,фанфики, задушевные разговоры, любимые клипы и концерты, фотографии и все самое интересное о Японии, J-роке и не только! ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ на ! МЫ ВАМ РАДЫ!! (Предупреждение: некоторые темы доступны только зарегистрированным пользователям. =)

Сэкухара: иностранцы как жертвы и агрессоры

Перейти вниз

Сэкухара: иностранцы как жертвы и агрессоры

Сообщение автор Солнечный Пепел в Пт Сен 23, 2011 6:59 pm

В Японии в области борьбы с сексуальными домогательствами наблюдается некоторый прогресс, но представленные ниже истории показывают, что путь предстоит ещё долгий.

Сэкухара – иностранцы как жертвы и агрессорыКогда американка Трэйси (имя вымышлено) в возрасте около 30 лет начала свою карьеру в Японии в качестве участницы ЯПО, (Японская программа обмена и обучения, Japan Exchange and Teaching Program, JET), ничто в её подготовке не могло подготовить её к тому, чему она стала свидетельницей.

Учительницу японского, с которой она работала в школе – одну из немногих женщин, что преподавали здесь – постоянно спрашивали коллеги-мужчины, когда она собирается замуж. Ученики анонимно звонили ей и предлагали заняться сексом. Каждое утро на клавиатуре её компьютера оставлялись презервативы и каждое утро она, терпя это унижение, выбрасывала их в мусорное ведро, пока остальные учителя хихикали. Вскоре Трэйси тоже стала жертвой домогательств.

На бонэнкае (bonenkai; вечеринка по случаю конца года) один из заместителей директора сел рядом с ней и схватил за грудь. «Почему вы её прячете?», – спросил он, и все мужчины разразились хохотом. Указав на его промежность, она спросила: «Почему вы прячете его?». На этот раз смеха не было, только ошеломлённое молчание. Заместитель отказался разговаривать с ней все те два года, что она там работала.

Хотя с тех пор, как этот вопрос впервые вошёл в общественное сознание в Японии в конце 1980-х гг., наблюдался значительный прогресс в борьбе с сексуальными домогательствами, сэкухара (sekuhara) по-прежнему представляет собой обширную проблему как для японок, так и для иностранок, живущих в Японии.

Первый успешный судебный процесс по делу сексуального домогательства имел место в 1992 г., а к 2000-му г. были рассмотрены более сотни случаев, включая десять, которые слушались в Высшем суде Японии. Одним из наиболее известных процессов было слушание против бывшего комедианта Ёкояма (Yokoyama), ставшего мэром Осаки, который был вынужден уйти в отставку после того, как его засудила студентка университета, к которой он приставал, пока та работала в его избирательной кампании.

Значительно позже Рина Бовриссе (Rina Bovrisse), бывшая менеджером в японском отделении «Prada», подала иск против итальянской компании, обвиняя её в дискриминации и заявляя, что компания понижала в должности женщин-служащих за то, что те были «низкого роста, старыми или недостаточно симпатичными», и что она сама пострадала от того же отношения после того, как выступила против политики компании.

Хотя Закон о равных трудовых возможностях (ЗРТВ) был принят в 1985 г., только в пересмотре закона в 1999 г. появились определения сексуального домогательства и правовых мер в отношении работодателей. Однако эти меры позволяли лишь предать огласке названия провинившихся компаний. Они не позволяли ни правительству определить сумму штрафа, ни истцам – требовать санкций в отношении работодателя, – как раз по этому поводу в прошлом году Комитет ООН по ликвидации дискриминации женщин выразил обеспокоенность.

Однако, в Японии начался рост осведомлённости общественности касательно сексуальных домогательств. По данным Министерства здравоохранения, труда и благосостояния, в 2008 г. 8120 женщин пожаловались в ведомства равных возможностей трудоустройства на сексуальные домогательства, тогда как в 2004 г. таких женщин было 7706, а в 1997 г. – 2534.

По словам Тики Синохары (Chika Shinohara), профессора социологии осакского университета Момояма Гакуин (Momoyama Gakuin), с принятия ЗРТВ общественная поддержка прав женщин в области найма увеличилась. Кроме того, молодёжь присоединилась к рабочей силе в то время, когда понятие сексуального домогательства уже начало проникать в юридическую и культурную системы японского общества, и поэтому больше осведомлена о том, что представляет собой сексуальное домогательство. Также более вероятно, что молодые женщины сообщат о подобных инцидентах, нежели их старшие коллеги.

Но всё же, несмотря на рост понимания, относительно немногое известно о том, как сексуальные домогательства затрагивают иностранных женщин, проживающих в Японии. Правительство страны не разделяет данные о жалобах на сексуальные домогательства по национальности или этнической принадлежности и есть лишь немного данных или исследований касательно иностранных женщин, пострадавших от домогательств.

Сами иностранные женщины часто боятся обсуждать случившееся из-за страха перед негативным влиянием на их занятость или социальные отношения. Это значит, что часто о сексуальных домогательствах и приставаниях не сообщается. Один такой инцидент – или скорее ряд инцидентов – случился с Кристиной (имя также вымышлено), молодой 20-летней американкой. В 2006 г. она приехала в Японию студенткой по обмену и скоро поняла, что должна будет привыкнуть к мужчинам, глазеющим на неё.

«Будучи натуральной блондинкой, я заметно выделяюсь, и многие японские мужчины, по меньшей мере, посматривают на меня», – говорит она.

Но в самом худшем варианте она получила предложение поработать в качестве хостесс. Когда недавно она вернулась в Японию работать в качестве помощника преподавателя иностранного языка в префектуре Сайтама, её опыт был совсем другим. В средней школе, где она работала, практически немедленно начались словесные домогательства. Мальчишки спрашивали её, какой размер лифчика она носит и когда впервые занялась сексом. Они даже спрашивали, можно ли потрогать её грудь.

Когда она надевала несколько дополнительных слоёв одежды, пытаясь скрыть фигуру, мальчишки вопили через весь класс или коридор, что она потолстела. Когда она надевала блузки с воротником, они жаловались, что не могут рассмотреть её грудь, и просили расстегнуть блузку так, чтобы они могли потрогать её грудь. Поначалу она не жаловалась своему наблюдателю на домогательства, надеясь, что те в конечном счёте сойдут на нет.

«Первоначально сексуальные домогательства были словесными, и я полагала, что если буду игнорировать неподобающие вопросы и говорить ученикам, чтобы те прекратили, они перестанут делать это», – поясняет она.
Однако, домогательства стали только хуже, когда началось новое полугодие. Однажды, когда она одна обедала в столовой, двое мальчишек начали трогать себя в паху и спрашивать её, не желает ли она посмотреть. На другой день двое девчонок схватили её за грудь и воскликнули: «Такая мягкая!». Наконец, она пожаловалась наблюдателю местного управления по образованию, назначившему её в эту школу. Он отмахнулся, мол, мальчишки есть мальчишки, и предположил, что её наряды могут быть причиной проблем – даже при том, что от директора школы Кристина неоднократно слышала, как подобающе её профессии она одевается.

Переломный момент наступил, когда несколько мальчишек задрали её блузку и объявили классу, какого цвета её лифчик. Она вышла из школы, поехала на велосипеде домой, где скорчилась в позе зародыша и проплакала весь оставшийся день.

Несмотря на официальный запрос о немедленном переводе, управление по образованию заставило её сначала отработать положенный срок в школе, только после чего запрос был удовлетворён.

Элизабет (снова вымышленное имя) в возрасте 30 лет приехала из Новой Зеландии в Осаку, где собиралась работать в компании «Nova», не так давно бывшей в Японии крупнейшей корпорации по изучению иностранных языков (Прим. пер.: «Nova» с треском обанкротилась около трёх лет назад). Она неоднократно слышала повторяемое как мантра мнение, что Япония это одно из самых безопасных мест в мире. Однако, для Элизабет жизнь в Японии была вовсе не безопасной. Компания разместила её в мужском общежитии в Осаке. В её первый день в Японии какой-то мужчина схватил её за руку и потащил за собой. Тогда она не говорила по-японски и смогла понять только одно слово, которое он сказал: «отель». В конечном счёте ей удалось вырваться и спастись.

Домогательства и приставания происходили практически каждый день – в лифте, на улице, в поезде. Незнакомые мужчины просили у неё трусики – или просто забирались на её балкон (Элизабет жила на втором этаже) и просто крали их с сушки. Мужчины постоянно подходили к ней и просили пойти с ними в отель; из-за её светлых длинных волос они, вероятно, принимали её за русскую проститутку, несмотря на то, что она пыталась убедить их, что это не так. Приставания в поезде были обычным делом – как и для многих женщин в Японии – и как-то один мужчина мастурбировал, сидя напротив.

Её работа «Nova» передышки не давала. Она должна была работать в смену с 11 вечера до 7 утра, давая уроки по Интернету. Мужчины вели себя по всякому: одни фотографировали её, другие занимались мастурбацией перед веб-камерой. Её жалобы менеджерам – оба мужчины, европейцы – остались незамеченными. Как они сказали, это клиенты и они могут делать всё, что хотят. Когда по пути на работу некий мужчина в поезде полез к ней под юбку, она поняла, что достигла своего предела. В слезах Элизабет прибежала в офис и рассказала менеджерам о случившемся.

«О, это будет часто случаться с тобой здесь», – сказал один из них со смехом. – «Тебе лучше привыкнуть к этому».

За всю жизнь она не подвергалась таким домогательствам и унижениям, которые она испытала за эти четыре недели.

«Я никогда не чувствовала себя настолько выставленной напоказ, как в «Nova», – говорит она. – «Целая система была приспособлена для подобного выставления белых женщин».

Затем была убита Линдси Хоукер (Lindsay Hawker), учительница «Nova» из Великобритании, о чём писали газеты Японии и всего мира. По словам Элизабет, параллели между её жизнью и жизнью Хоукер пугали. У неё начались приступы панической атаки в поездах и часто она боялась выходить из квартиры. Делая ситуацию ещё хуже, компания не платила ей обещанные деньги и у Элизабет начались проблемы с оплатой счетов. Наконец, она получила достаточно денег и уволилась.

В тот момент она бы вернулась домой, если бы могла себе это позволить, но у неё и её семьи не хватало денег, чтобы купить билет на самолёт. Она застряла в чужой стране без работы, со слабым знанием языка и весьма малыми перспективами.

Элизабет нашла работу в баре, который часто посещали иностранцы. Как-то раз в её напиток что-то подмешали (как она потом отметила, по запаху было похоже на отбеливатель) и её начало тошнить. О той ночи она помнит немного и два дня провела дома. Как-то утром она недосчиталась воздушного клапана на одном из колёс велосипеда, на котором в результате не смогла ехать из-за спустившей шины. Несколькими днями позже она обнаружила, что кто-то установил новый клапан и накачал колесо, а в почтовом ящике нашла остатки старого клапана – кто-то следил за ней и этот кто-то знал, где она живёт.

Один из её друзей в баре, где она работала, знал полицейского детектива и вызвал его на помощь. Детектив средних лет приехал к ней на встречу и она рассказала свою ситуацию.

«Вы должны быть польщены», – сказал он. – «Вы красивы. Это комплимент, конечно».

«Но если это поможет вам чувствовать себя в безопасности, я могу остаться у вас на ночь», – добавил он с улыбкой.

Вскоре она сменила жильё. Но всё же этот случай был не самым пугающим в её опыте жизни в Японии. Как-то, когда она уходила из бара, где работала, какой-то мужчина напал на неё на улице.

«Ты такая красивая», – сказал он, – «и так приятно пахнешь».

Она попыталась вырваться, отчего мужчина пришёл в ещё большее возбуждение: она даже могла почувствовать его эрекцию. Она позвала на помощь, но люди продолжали, не останавливаясь, проходить мимо. В конечном счёте ей удалось оттолкнуть его и спастись.

«Японские мужчины считают, что я встаю утром и выхожу на улицу для их удовольствия – что я вообще появилась на Земле для их удовольствия», – говорит она. – «Они как дети – хотят то, что хотят, и местная культура им помогает. Здесь есть плохие люди, как они есть во всём мире. Разница заключается в апатии хороших людей в Японии, которые позволяют этому всему случаться, которые не говорят, что это плохо».

И речь не только о японских гражданах: «Каждый раз рядом был мужчина-иностранец, который мог помочь мне, но не помог».

Элизабет впервые приехала в Японию около четырёх лет назад. За это время к ней неоднократно приставали, домогались и на неё нападали. Ей приходилось учить мужчин, мастурбировавших перед веб-камерой. Никто не помогал ей – ни японцы, ни иностранцы, ни полиция.

«Отношение всегда было одним и тем же – я была симпатичной молодой блондинкой с голубыми глазами, так что, конечно, это происходило со мной, чего я ожидала?», – говорит она. – «Если вы подходите под определённый типаж, то ваша жизнь в Японии будет значительно сложнее».
Сейчас она снова работает учителем, на этот раз в старшей школе. Она выучила японский и научилась обращаться с мужчинами, которые по-прежнему досаждают ей. Она стала более осторожной в том, куда она идёт, когда и с кем. Иногда она испытывает приступы панической атаки, например, когда в вагоне едет группа подвыпивших мужчин. Но она не сдастся.

«Этой стране не удастся превратить меня в того, кем я не хочу быть», – поясняет она. – «Я не буду жертвой. Я должна или жить здесь и быть собой или вернуться домой. И я решила, что не хочу проигрывать».

Хотя сейчас она не испытывает таких проблем, как когда она впервые приехала сюда, проблемы всё равно есть. Недавно 16-летний юноша вошёл в учительскую, стянул рубашку и спросил: «Тебе нравится это? Ты это хочешь?».

«Ты ему нравишься», – отметила с улыбкой одна из учительниц. – «Он считает тебя симпатичной».

В дополнение к японцам, домогающимся иностранок, есть и обратное явление: иностранцы, домогающиеся японок.

После шести лет, проведённых в Канаде, Мидори Хираяма (Midori Hirayama) вернулась в Японию, в Осаку, чтобы работать в «Koekisha», компании, объединяющей несколько похоронных бюро. В её обязанности входил перевод (устный и письменный) для одной из «звёзд компании» – американца, владеющего ультрасовременными методами бальзамирования и потому нанятого на работу.

Домогательства начались практически сразу же.

«Он приходил, садился напротив и пялился на меня», – вспоминает Хираяма. – «Он, по меньшей мере, каждую неделю предлагал мне сходить выпить вместе, [несмотря на то, что я всегда отказывалась]».

На встречах он часто наклонялся и гладил её по руке. Их коллега всегда делал вид, что ничего не замечает, так что она попросила ещё одного сотрудника придти в качестве свидетеля, что и было сделано. Однако, она всё никак не могла набраться мужества, чтобы заявить о его поведении – отчасти, потому что она высказала ему прямо.

«Он был специально нанят нашей компанией», – поясняла она. – «Президенту он в самом деле нравится, они очень близки и даже ездят вместе в поездки».

Она боялась ходить на работу, стрессовое состояние углублялось, а здоровье – ухудшалось. Взгляды и прикасания продолжались. Затем после корпоративной вечеринки по случаю конца года, он отправился за ней, схватил и поцеловал руку. Она вырвалась, помчалась назад на станцию и несколько минут мыла руки, прежде чем вернуться домой.

По иронии судьбы, некоторое время спустя её попросили перевести на английский язык недавно принятую политику компании в отношении сексуальных домогательств. Тогда она окончательно поняла, что сама была жертвой домогательств и наконец выступила открыто. Перед лицом сотрудников он пришёл в ярость, вопил и проклинал её. Вскоре её перевели в другое отделение, значительно дальше от дома – как сказал президент, только на две недели, пока длится расследование. Домогатель всё отрицал и президент открыто подверг сомнению правдивость Хираямы, полагая, что её интересовала только финансовая выгода. Эти две недели превратились в месяц, в два месяца, а её запросы на перевод обратно отклонялись. Она работала по контракту и приближалось время, когда нужно было его продлить. Ей предложили новый контракт: с работой на полставки и значительным сокращением заработной платы и льгот. Как ей сказали, компания переводила всех переводчиков на работу на полставки в рамках мер по снижению затрат – и это при том, что Хираяма знала, что ещё один переводчик из другого отделения по-прежнему являлся работником на полную ставку. Это явно было возмездие за сообщение о домогательствах и она отказалась подписывать новый контракт. По истечении первого контракта она была свободна.

Она могла уйти тихо, как в Японии до неё делали многие женщины, но вместо этого она предпочла бороться. Связавшись с адвокатом, Хираяма через профсоюз выступила с протестом, а также встретилась с представителями нескольких организаций по борьбе за права женщин, включая Сообщество работающих женщин (Working Women’s Network) в Осаке. Чтобы надавить на компанию и предложить поддержку другим женщинам, оказавшимся в её ситуации, Хираяма стала выступать в СМИ. Несмотря на протесты и внимание медиа, её бывший работодатель отказался уступить и тогда Хираяма подала в суд.

Тяжба началась в апреле 2004 г. и продлилась год и девять месяцев. В итоге Хираяма получила денежную компенсацию и обязательство со стороны компании ежегодно проводить семинары по борьбе с сексуальными домогательствами. Также была открыта «горячая линия», куда жертвы могли позвонить и сообщить о случившемся.

По её словам, суд стал для неё испытанием – многие из коллег лгали в суде, т. к. боялись потерять работу, – но Хираяма никогда не жалела о своём решении. Для неё это был не только вопрос принципа, но и способ встать в защиту других женщин, пострадавших в Японии от домогательств. Например, одна женщина прочитала о случае Хираямы в прессе, связалась с ней и рассказала, что попала в ту же ситуацию в своей компании. При поддержке Хираямы, она решила принять меры – связалась с профсоюзом и подала в суд. Когда вместе с профсоюзом та женщина проводила акцию протеста перед зданием компании, Хираяма приехала туда и присоединилась к протестующим из солидарности.

«Здесь есть множество женщин, которые молчат, но при этом кричат о помощи», – пояснила Хираяма. – «Я хочу, чтобы они знали – они не одни».

--------------------------------


- Знаешь что сказал Иисус в пятой главе Евангелие от Иоанна?
Он сказал: не создавай мне тут проблем, сучка!
- Это же церковь?
- И что?Бога нет дома,уехал в Вегас


Солнечный Пепел
Admin

Послание : I am my own god - I do as I please
Сообщения : 5262
Очки : 11948
Репутация : 53
Дата регистрации : 2011-05-02
Откуда : Tokyo
Награды :


Посмотреть профиль http://www.thebestjapanforum.ru

Вернуться к началу Перейти вниз

Вернуться к началу


 
Права доступа к этому форуму:
Вы не можете отвечать на сообщения